Теперь часть этой работы выполняют электронные системы. С начала текущего года обращения граждан за соцпомощью, сведения о семьях и жителях, а также процессы работы с населением переводятся на платформу «Raqamli Mahalla» (Цифровая махалля). По­­явился цент­рализованный реестр, а данные из разных государственных систем постепенно объединяются в единый цифровой контур.

Возникает вопрос: если заявление можно подать онлайн, сведения проверить по базе, а решение передать между ведомствами без толстой папки документов, в чем сегодня заключается ценность махалли? Ответ - в происходящих в республике изменениях. Да, цифровизация забирает часть технической работы, но одновременно повышает требования к той части, которую невозможно делегировать техническим средствам. Перед сотрудниками системы стоит непростая задача, которую способен выполнить только человек. Необходимо понять обстоятельства соотечественника, подобрать для него подходящий механизм поддержки и проследить за процессом разрешения проблемы.

Основу инновационной инфраструктуры махалли заложило постановление Президента страны «О мерах по дальнейшему ускорению внедрения цифровых технологий в регионах, сферах и отраслях республики» от 16 сентября 2025 года. В результате реализации его положений махалля стала объектом, который можно точно идентифицировать в информационных базах.

Так, если раньше сведения о территории (населении, социальной защите, занятости, инфраструктуре, предпринимательстве и другие) могли находиться в целом ряде ведомств и учитываться по разным правилам, теперь государственные информационные системы имеют общий ориентир.

Затем начался переход от учета обращений к управлению результатами. Указ Президента Узбекистана «О программах реформ по приоритетным направлениям и Государственной программе по реализации Стратегии «Узбекистан - 2030» в «Год развития махалли и всего общества» от 16 февраля 2026-го поставил перед системой конкретные задачи. В течение года необходимо реализовать более 10 тысяч проектов, создать дополнительно 100 тысяч рабочих мест и вывести 3,5 тысячи махаллей из состояния бедности и безработицы. На инфраструктурные проекты предусмотрено 20 трлн сумов. За оперативное решение проблем населения ответственны государственные органы, а исполнение отслеживается в онлайн-­режиме.

С 1 февраля текущего года «Единый реестр социальной защиты» и Реестр бедных семей объединены в Единый социальный реестр. Он используется для определения нуждаемости и оценки социально-экономического положения семей. В зависимости от ситуации ячейки общества распределяются по 3 категориям: на гособеспечении, бедные и находящиеся в черте бедности.

Здесь особенно интересна роль «махаллинской семерки». За ней закреплены полномочия по учету оказавшихся в тяжелой жизненной ситуации. В определенных случаях специалисты на уровне махалли могут отнести семью к категории находящейся в черте бедности, а трудоспособных признать безработными или придать соответствующий статус неофициально занятым. Эти сведения затем передаются в государственные информационные системы через межведомственную систему «Цифровое правительство».

- Изменение подхода к системе хорошо видно по тому, как социальная помощь связывается с занятостью, - считает инспектор по профилактике махалли «Янги Камолон» Гайрат Абдусаматов. - Задача системы заключается в том, чтобы человек, способный трудиться, имел возможность получать собственный доход, а не только материальную помощь. Определяется подходящая профессия или возможность заняться предпринимательством, осуществляется помощь в получении необходимых инструментов, после чего оценивается изменение финансового положения. Сам факт предоставленной поддержки - не результат, наша работа измеряется реально изменившимся положением дел. В свою очередь технологии позволяют быстрее увидеть проблему и передать информацию тому специалисту, который отвечает за ее решение.

Исследование Центра экономических исследований и реформ при Администрации Президента Республики Узбекистан охватило 8383 махалли, где проживают 35,2 млн человек. Специалисты рассматривали различия между территориями, уровень занятости, бедности и экономические возможности СГМ. Почти треть малообеспеченных семей и 21 процент безработных были сосредоточены в 903 наиболее сложных махаллях.

Данная статистика показывает, почему универсальный подход невозможен. В одном районе главным источником дохода остается сельское хозяйство, в другом - больше возможностей дает сфера услуг, а в третьем есть спрос на рабочие руки или созданы условия для малого производства. Значит, задача системы заключается уже не в том, чтобы предложить всем одинаковый набор мер. Каждую отдельную территорию необходимо рассматривать с точки зрения ее собственного экономического профиля.

Сегодня, если в махалле большинство семей получает доход от сельского хозяйства, меры поддержки учитывают землю, воду, переработку и сбыт. Если речь идет о городской среде, большее значение имеют услуги, самозанятость, малый бизнес и наемный труд. Так цифровые данные становятся основой для более точного распределения ресурсов.

За последние годы изменилась и сама структура организаций. Сегодня в «махаллинскую семерку» входят председатель, помощник хокима, молодежный лидер, женская активистка, инспектор по профилактике, социальный работник и налоговый инспектор. Их задачи различаются, что позволяет комплексно решать вопросы населения.

Например, семья, испытывающая материальные трудности, может одновременно нуждаться в соцпомощи, трудоустройстве, медицинском сопровождении и содействии в обучении. Если каждое ведомство будет решать только свою часть проблемы, решение может затянуться. Но когда эксперты работают в одной территориальной системе, информация быстрее переходит между ними.

По состоянию на июль текущего года через «махаллинскую семерку» уже предоставлялось около 100 видов услуг. Цифровые инструменты помогают фиксировать обращения, обмениваться сведениями, контролировать исполнение и обеспечивать взаимодействие человека и разных учреждений. 

Но что, если гражданин плохо ориентируется в электронных сервисах? Сотрудник махалли при обращении объяснит порядок действий, поможет проверить статус обращения и даже подскажет, в какую инстанцию двигаться дальше.

- Особенно интересно это работает с молодежью, - комментирует Г. Абдусаматов. - У юношей и девушек сегодня гораздо больше возможностей самостоятельно найти курс, вакансию, грант или стипендию через интернет. Но наличие большого количества информации еще не означает, что человек ее найдет. Поэтому в каждой махалле есть молодежный лидер, который должен понять, кому подойдет доступная программа или стажировка.

Есть у цифровизации и свои ограничения. В реестре можно увидеть состав семьи, доходы, занятость, полученные меры поддержки. Но в нем невозможно отразить семейный конфликт, желание человека сменить профессию или ситуацию, когда формально благополучная семья оказалась перед неожиданными расходами. Еще один фактор - качество первичной информации. Если данные устарели или гражданин по какой-то причине не попал в нужную категорию, автоматическая система может не увидеть проблему. Исправить такую ситуацию способен только тот, кто находится в постоянном контакте с населением и своими глазами наблюдает за происходящим на закрепленной за ним территории.

Очевидно, что за прошедший период 2026-го - Года развития махалли и всего общества - успел измениться сам масштаб работы этого института. В компетенцию махалли теперь входит широкий круг задач: от выявления нуждающихся и содействия занятости до поддержки предпринимательства, предоставления государственных услуг и контроля за исполнением решений. Цифровые инструменты позволяют собрать данные направления в одну систему. Государство получает возможность определять проблемные участки и отслеживать выполнение поставленных целей. А гражданин уверен, что всегда получит поддержку.  

Сабина Алимова.

«Правда Востока».