Об этом говорится в новом обзоре базы данных AQUASTAT, опубликованном Продовольственной и сельскохозяйственной организацией ООН (ФАО), сообщает Национальное информационное агентство Таджикистана «Ховар».

Речь идет о запасах пресной воды, которые ежегодно восполняются в результате естественного гидрологического цикла. По данным ФАО, с 2015 года Центральная Азия потеряла 12 % доступных возобновляемых водных ресурсов на душу населения, что является одним из самых высоких показателей в мире.

Для оценки нехватки воды эксперты ФАО используют показатель «водного стресса», отражающий соотношение объемов водозабора к имеющимся запасам. В Центральной Азии высокий уровень водного стресса во многом обусловлен структурой водопользования: 82 % всех изъятий воды приходится на сельское хозяйство.

Вместе с тем, ФАО отмечает и положительные тенденции. Общий объем изъятий пресной воды в Центральной Азии сократился на 9 % - со 123 млн кубометров в 2015 году до 112 млн кубометров в 2022 году. За этот же период уровень водного стресса снизился с 76,8 % до 70,2 %, что свидетельствует о снижении нагрузки на водные ресурсы на 8,6 %.

Согласно обзору AQUASTAT, давление на пресноводные ресурсы усиливается во всех регионах мира. В 2022 году средний мировой уровень водного стресса достиг 18 %, однако в отдельных регионах он значительно выше:

  • Северная Африка - 121 %
  • Южная Азия - 76,7 %
  • Центральная Азия - 70,2 %
  • Западная Азия - 65,1 %

Высокий уровень водного стресса означает, что ежегодные изъятия воды приближаются к объемам ее естественного восполнения или превышают их. Это создает серьезные риски для устойчивости водных экосистем и экономического развития.

ФАО подчеркивает, что сельское хозяйство остается крупнейшим потребителем воды в мире. При этом Европа и Северная Америка используют в аграрном секторе лишь 34 % водных ресурсов, но на эти регионы приходится почти половина мировых промышленных изъятий воды - 47 %.

Несмотря на отдельные успехи в повышении эффективности водопользования, в том числе в Центральной Азии, высокий уровень водного стресса в засушливых регионах подчеркивает необходимость долгосрочной адаптации и устойчивого управления водными ресурсами.