Еще недавно успех отрасли определялся объемами сырья, доступностью энергоресурсов и масштабами производства. Сегодня основная добавленная стоимость перемещается из базовой химии в высокотехнологичные сегменты - специальные материалы, современные катализаторы, функциональные полимеры, компоненты для медицины, электроники и энергетики. Поэтому главная задача звучит уже иначе: важно не столько увеличить объемы, сколько понять, что именно производить, какие технологические цепочки развивать и какое место страна способна занять в мировой экономике.
Речь идет о том, как превратить природные ресурсы, научный потенциал и промышленную базу Узбекистана в долгосрочное конкурентное преимущество. По существу, именно здесь начинается новая промышленная политика, в которой наука становится не сопровождением производства, а инструментом его формирования.
Почему сейчас переломный этап
Еще несколько десятилетий назад развитие отрасли определялось прежде всего наличием сырья: чем больше у страны нефти, газа или минеральных ресурсов, тем сильнее ее позиции. Сегодня эта модель стремительно теряет значение. Конкурентоспособность все меньше зависит от объема переработанного сырья и все больше - от способности создавать новые технологии, материалы и продукты с высокой добавленной стоимостью.
Показательно, что лидерами мировой химии необязательно становятся страны с крупнейшими запасами ресурсов. Германия почти полностью зависит от импорта углеводородов, Республика Корея не располагает значительной сырьевой базой, а Сингапур практически лишен природных ресурсов. Тем не менее именно они входят в число мировых лидеров отрасли, потому что научились формировать значительно большую стоимость из каждой тонны сырья.
Изменилась и сама логика развития. Если раньше объектом инвестиционного проекта был отдельный завод, то сегодня проектируется целая производственная цепочка: анализируется ресурсная база, оцениваются направления глубокой переработки, рассчитывается экономика каждого передела, и лишь затем принимается решение о строительстве. Такой подход позволяет последовательно двигаться вверх по цепочке создания стоимости, где образуется основная прибыль мирового рынка. Именно этот тренд должен стать отправной точкой для химической промышленности Узбекистана.
Наука должна стать движущей силой
Проблема заключается не в недостатке научного потенциала и не в отсутствии современных предприятий. За последние годы в стране созданы сильные научные школы и модернизированы производства. Не хватает главного - единой системы формирования стратегических целей.
Многие годы наука и промышленность развивались параллельно. Научные исследования чаще начинались с вопроса «Что мы можем исследовать?», тогда как промышленность искала ответ на вопрос «Какая технология нужна нам сегодня?». Эти две логики встречались слишком поздно - уже на этапе внедрения. Поэтому многие перспективные разработки так и не получили развития - не потому, что считались недостаточно качественными, а поскольку изначально не встраивались в стратегию отрасли.
Сегодня проблема стала глубже. Ответить на вопрос, какие продукты будут определять конкурентоспособность страны через 10-15 лет, невозможно в рамках единой отрасли или научной дисциплины. Здесь необходима совместная работа химиков, геологов, материаловедов, инженеров, экономистов и специалистов по международной торговле, способных вместе определить, какие производственные цепочки обеспечат Узбекистану максимальную добавленную стоимость. Именно поэтому стратегия развития химической промышленности становится одной из наиболее наукоемких государственных задач.
Здесь и проходит граница между традиционной моделью развития науки и тем, что глава государства обозначил понятием «научная химия». Наука должна участвовать не только в создании технологий, но и в формировании самой стратегии отрасли - еще до того, как появится инвестиционный проект.
Традиционная модель выглядела так: научная идея → грант → исследование → публикация → патент → поиск предприятия → внедрение.
Между тем модель «научная химия» строится иначе: стратегическая задача государства → междисциплинарный научный анализ → научная программа → исследования → инженерная разработка → пилотное производство → промышленное внедрение → новые продукты и рынки.
Принципиальное отличие в том, что наука перестает отвечать только на вопрос «Как произвести?» и начинает участвовать в ответе на вопросы «Что производить?» и «Какое место должна занять химическая промышленность Узбекистана в мировой экономике через 20 лет?».
Как это должно работать
Предположим, перед страной стоит задача эффективно использовать собственные запасы кремнийсодержащего сырья. Традиционный подход очевиден - усовершенствовать переработку или построить новое производство. Но он отвечает лишь на вопрос «Как переработать сырье?», оставляя без ответа главный - «Какую максимальную ценность этот ресурс способен создать для экономики?».
Модель «научная химия» начинается с анализа: достаточна ли сырьевая база, какие продукты из кремния будут востребованы через 10-20 лет, на каком этапе формируется основная добавленная стоимость, какие технологии разработать самостоятельно, а какие - привлечь. Только после этого становится понятно, какую цепочку создавать и какие исследования действительно нужны стране.
И это не отвлеченный пример. По кремниевому направлению первый шаг уже сделан: в Институте ионно-плазменных и лазерных технологий имени У. А. Арифова Академии наук РУз разработана технология получения моносилана - вещества, из которого производят кремниевые материалы для электроники, систем хранения энергии и полупроводников. А карбид кремния на мировом рынке сегодня в остром дефиците. Речь идет не о том, чтобы начинать с нуля, а о том, чтобы достроить цепочку от уже имеющейся технологии до конечного высокотехнологичного продукта.
В результате меняется и сама научная задача: важна не столько отдельная технология, сколько полная цепочка глубокой переработки - от отечественного сырья до высокотехнологичных материалов. Объектом проектирования становится уже не технология или определенное единичное производство, а будущая отрасль.
Что необходимо изменить
Из сказанного следует главное: наука должна входить в отрасль на этапе постановки стратегических задач, а объектом планирования - быть вся цепочка создания стоимости, а не отдельное предприятие. Но одной верной логики недостаточно: чтобы она заработала, нужны конкретные изменения в том, как организована наука, как она финансируется и как связана с производством.
Прежде всего требуется преодолеть дистанцию между лабораторией и предприятием. Во всем мире эту задачу решают инженерные центры и пилотные производства, внедряющие научные результаты в промышленность. Насколько этот разрыв сейчас реален, показывает такой пример: у наших ученых уже есть отечественная технология синтеза углеродных нанотрубок - материала, мировой рынок которого к 2030-му достигнет 8 млрд долларов, однако его выпуск в странах региона пока не налажен. В следующем году мы готовы представить подобную технологию, но именно на шаге от разработки к производству и необходим тот инженерный мост, что отсутствует сегодня.
Второе изменение касается самой организации науки. Лаборатории следует открывать не по инерции научных школ, а под конкретные потребности отрасли. Академия наук РУз уже двигается по этому пути: устаревшие тематические направления закрываются, а на их месте создаются новые, отвечающие реальным задачам химической индустрии. Принцип «лаборатория под задачу отрасли» должен стать общим правилом.
Третье и, возможно, ключевое изменение - в системе финансирования науки. От разрозненного проектного ассигнования отдельных направлений следует перейти к комплексному. Государству необходимо субсидировать целостную научную программу, внутри которой заложены взаимосвязанные проекты, складывающиеся в единую технологическую цепочку, - от сырья до конечного продукта.
При этом каждая такая программа должна реализовываться консорциумом, объединяющим не только ученых, но и компании-производители. И здесь важен принципиальный сдвиг. Если прежде наука сотрудничала в основном с крупными государственными предприятиями, такими как АО «Максам-Чирчик» или АО «Навоиазот», то сегодня в консорциумы необходимо включать средний и малый бизнес. Он мобильнее крупного и позволяет быстрее отрабатывать новые технологии и продукты в инженерных центрах, а затем сразу внедрять их в производство. Чтобы такое партнерство стало выгодным, финансирование в рамках научной программы должно распространяться и на бизнес: например, покрывать до половины его затрат в проекте. Тогда компания становится не заказчиком со стороны, а полноправным участником разработки, заинтересованным в ее результате.
Наконец, все это требует постоянно действующего междисциплинарного механизма, в котором наука, промышленность и государство совместно определяют приоритеты, анализируют мировые тренды и формируют программы развития отрасли. Именно он превращает научную химию из идеи в практический инструмент промышленной политики. А также задает критерий успеха науки: не только публикации и патенты, которые останутся ее фундаментом, но и новые технологии, производственные цепочки и экспортные продукты.
Вместо заключения
Сможет ли химическая промышленность стать одной из ведущих отраслей экономики Узбекистана? Сегодня ответ зависит уже не столько от объемов сырья, масштабов инвестиций или числа построенных предприятий, сколько от способности объединить науку, промышленность и государственную стратегию в единую систему, работающую на создание новых производств и рынков.
Именно в этом заключается суть поручения главы государства о развитии научной химии. Речь не просто о поддержке науки и не только о внедрении отдельных разработок, а о качественно иной модели развития отрасли, в которой стратегические решения принимаются на основе научного анализа, а исследования изначально ориентированы на новые производственные цепочки и конкурентные преимущества страны.
Наука должна стать не заключительным этапом инновационного процесса, а его отправной точкой. Тогда понятие «научная химия» станет шире, чем название научной дисциплины: обретет собственную философию промышленного развития. Именно этот путь способен превратить химическую промышленность в одну из ведущих отраслей экономики Узбекистана.
Шахло Турдикулова.
Вице-президент Академии наук
Республики Узбекистан.
