За январь - июль 2026 года в Узбекистане создано 705 средств размещения на 22 296 мест, а их общее число достигло 7440 при совокупной вместимости 202,6 тысячи мест. Одновременно расширяется международный сегмент гостиничного рынка. За 7 месяцев количество гостиниц международных сетей выросло на 27,5 процента, а к августу 2026 года в стране уже был представлен 31 международный гостиничный бренд. За статистикой - быстро растущий спрос на кадры, способные обеспечить работу новых объектов на профессиональном уровне.      

Кадровый спрос создают не только гостиницы. Рост туристических потоков расширяет рынок туроператоров и тур­агентств, транспорта, экскурсионных услуг, питания, объектов показа и цифровых сервисов. При этом меняется сама работа туристической организации. Клиент сравнивает предложения онлайн, самостоятельно собирает часть поездки, ожидает оперативной коммуникации и персонализированного продукта. Конкуренция строится не вокруг наличия стандартного тура, а вокруг способности компании понимать спрос, формировать ценное предложение и управлять отношениями с клиентом. Поэтому туристическим фирмам нужны специалисты другого уровня профессиональной готовности.

На этом фоне особое значение приобретает новая организация подготовки кадров. В соответствии с постановлением Президента Республики Узбекистан «О мерах по совершенствованию системы подготовки кадров в сфере туризма» от 18 июля 2024-го, с 2024/2025 учебного года в государственных высших образовательных учреждениях подготовка кадров в сфере туризма и гостиничного хозяйства организована на основе 3-летних программ высшего образования в форме дуального обучения по системе «блок-модуль». Соотношение теоретических и практических занятий составляет на первом курсе 80 и 20 процентов, на втором - 50 и 50 процентов, на третьем - 30 и 70 процентов соответственно.

Главное здесь - не уменьшение календарного срока обучения, а изменение его внутренней конструкции. Профессиональная среда входит в подготовку уже с первого курса, а затем ее роль последовательно возрастает. Для туризма это имеет принципиальное значение, поскольку отрасль соединяет знания из экономики, управления, маркетинга, сервиса, транспорта, гостиничного дела, цифровых технологий и коммуникации с клиентом. Отдельно изученные дисциплины становятся профессиональным знанием только тогда, когда студент начинает видеть связи между ними и реальными решениями бизнеса.

Практика на предприятиях существовала и раньше, поэтому сам факт присутствия студента в гостинице или туристической компании нельзя считать новым подходом. Существенное отличие нынешней модели в другом: специалисты-практики уже включены в учебный процесс, а практическое обучение проводится в том числе непосредственно на рабочих местах. Это меняет роль предприятия - оно перестает быть площадкой, которую студент посещает на ограниченный период для выполнения программы практики, и становится частью профессиональной образовательной среды.

Здесь важно избежать распространенной ошибки: увеличение практической составляющей само по себе еще не гарантирует качества. Можно провести много часов на предприятии и остаться наблюдателем. Практическое обучение становится содержательным тогда, когда студент включен в реальные процессы, понимает логику принимаемых решений, способен связать увиденное с изученными дисцип­линами и объяснить, почему одна и та же управленческая задача в разных компаниях решается иначе. Поэтому оценивать такую подготовку следует не количеством часов присутствия, а профессиональным результатом.

Международные изыскания последних лет приходят к схожему выводу. В центре внимания все чаще находится не отдельная производственная практика, а способ соединения университетского знания с реальной профессиональной деятельностью. Исследование, опубликованное в 2025 году в Journal of Hospitality & Tourism Education, рассматривало сотрудничество вузов и туристической индустрии с позиции готовности выпускников к трудоустройству. Руководители предприятий разных сегментов отрасли связывали такую готовность не с одной мерой, а с сочетанием совместной подготовки, технологического содержания программ, обучения через профессиональный опыт, учета изменений поведения потребителей и развития новых навыков.

Другая статья 2025 года, опубликованная в Journal of Hospitality, Leisure, Sport & Tourism Education, показывает следующий уровень взаимодействия. Авторы рас­сматривают сотрудничество с индустрией шире стажировок, практики и приглашенных лекций. Речь идет о совместной работе преподавателей, студентов и внешних партнеров над содержательными профессиональными задачами, причем связь между академическим обучением и развитием профессиональных навыков должна быть понятна самому студенту. Для Узбекистана вывод особенно полезен: при большой доле практической подготовки вопрос уже не в том, нужно ли взаимодействовать с отраслью, а в том, каким должно быть содержание этого сотрудничества. Такой подход требует по-новому определить границы ответственности сторон. Университет отвечает за системность знания, методику обучения, научную основу, способность студента анализировать и переносить знания из одной ситуации в другую. Предприятие показывает действующую профессиональную среду: реального клиента, коммерческие ограничения, рабочий ритм, технологии, стандарты и последствия управленческих решений. Если одна сторона пытается заменить другую, качество подготовки снижается. Если их функции правильно соединены, студент получает и профессиональную широту, и понимание реальной работы.

Поэтому усиление практической подготовки не должно вести к ослаблению теории. Это особенно важно в отрасли, где технологии и бизнес-модели быстро меняются. Конкретная система бронирования может быть заменена, канал продаж - потерять значение, корпоративный стандарт - обновиться. Специалист, которого научили только выполнять текущую операцию, становится зависимым от конкретного рабочего места. Выпускник высшей школы должен понимать задачу, которую решает технология, экономическую логику процесса и последствия выбранного решения. Тогда он способен адаптироваться к изменениям, а не начинать обучение заново при каждой смене инструмента.

Разнообразие самой туристической от­­расли также не позволяет строить практическую подготовку вокруг одного предприятия. Международная гостиничная сеть, независимый отель, крупный тур­оператор, небольшая региональная туристическая компания и объект туристического показа работают в разных экономических и организационных условиях. Для студента ценен не набор несвязанных впечатлений, а возможность увидеть несколько моделей бизнеса и понять их различия. Университет в этой системе выполняет роль связующего звена, которое превращает разрозненный профессиональный опыт в целостное представление об отрасли.

Отдельного внимания требует позиция туристических организаций. Именно через них быстро проявляются новые предпочтения туристов, изменение географии поездок, чувствительность к цене, новые каналы продаж и требования к туристическому продукту. Их участие позволяет образованию быстрее замечать, какие процессы действительно меняют рынок. Для самих туристических компаний сотрудничество с университетами тоже имеет практический смысл. Они получают возможность раньше видеть молодых специалистов, понимать уровень их подготовки и знакомить их с реальной логикой бизнеса.

У гостиничных предприятий мотивация иная, но не менее весомая. Расширение международных сетей повышает требования к стандартизации процессов и качеству сервиса. Так, международный оператор может передать технологии и стандарты, но не в состоянии заменить национальный кадровый рынок. Устойчивость гостиничного бизнеса в конечном счете зависит от того, насколько быстро в стране формируется достаточное число специалистов, способных работать по этим требованиям и со временем занимать управленческие позиции. Университет в свою очередь не просит бизнес взять на себя его работу, а привлекает профессиональный ресурс, без которого прикладная часть туристического образования неизбежно будет отставать от отрасли. Это обмен ресурсами, а не односторонняя поддержка.

У такого взаимодействия есть прямое следствие для трудоустройства выпускников. При традиционной модели первая серьезная встреча работодателя с молодым специалистом часто происходит после получения диплома. В дуальной системе профессиональный контакт возникает значительно раньше. Работодатель может видеть человека в рабочей ситуации, а студент к моменту выпуска лучше понимает различия между сегментами отрасли и требования конкретных профессий. Это не гарантирует трудоустройство, но делает переход от образования к занятости менее случайным.

Меняется и смысл требования об опыте работы. Для молодого выпускника оно всегда было противоречивым: рынок требует опыта от человека, который только завершил обучение. Если значительная часть профессиональной подготовки проходит в реальной среде, важнее становится не формальный стаж, а содержание полученного опыта. Какие процессы студент видел? Какие задачи выполнял? Понимает ли причины принятых решений? Может ли применить полученные знания в другой ситуации? Такая постановка вопросов гораздо точнее характеризует готовность к работе.

Однако для этого бизнес должен давать университету содержательную обратную связь. Общая фраза о том, что выпускникам «не хватает практики», почти бесполезна для совершенствования программы. Университету нужна другая информация: какие функции появились в компаниях, какие процессы изменились, где технологии перестроили работу сотрудника, какие знания становятся необходимыми для новых должностей и какие пробелы работодатели наблюдают систематически. Только такая обратная связь может быть трансформирована в образовательное решение.

Не менее высокие требования возникают к специалистам-практикам, которые участвуют в преподавании. Профессиональный опыт сам по себе еще не является методикой обучения. Сильный практик ценен в университете тогда, когда способен не просто показать, «как это делается у нас», а раскрыть логику решения, альтернативы, последствия ошибки и связь конкретной операции с результатами предприятия. Тогда студент получает не корпоративную инструкцию, а профессиональное знание, которое можно перенести за пределы одной компании. Эта модель важна и для качества туристического продукта страны. Турист оценивает не отдельные ведомства и организации, а весь путь целиком. Аэропорт, транспорт, гостиница, туристическая компания, гид, ресторан, музей, навигация и цифровые сервисы образуют единую цепочку впечатлений. Слабое звено способно снизить ценность работы остальных. Поэтому кадровое качество отдельных предприятий постепенно превращается в конкурентное качество всей дестинации.

Отсюда следует более широкий экономический вывод. Инвестиции в туристическую инфраструктуру создают физическую возможность принять больше туристов и предложить им больше услуг. Но инфраструктура становится полноценным туристическим продуктом только через работу людей. Если рост объектов опережает рост профессионального кадрового потенциала, возникает разрыв между количеством предложения и качеством его реализации. Тогда часть инвестиционного эффекта расходуется на длительную адаптацию персонала, постоянный поиск работников и устранение несоответствия между заявленным стандартом и фактическим сервисом.

Для Узбекистана этот риск уже нель­­зя считать теоретическим. Расширение средств размещения, приход международных брендов и развитие туризма в регионах увеличивают спрос одновременно по нескольким направлениям. Нужны специалисты туристических компаний, продаж, маркетинга, управления доходами, цифровых сервисов, экскурсионной деятельности и других сегментов. Кадровый рынок должен расти не только количественно, но и становиться более разнообразным по компетенциям и географии.

Постановление главы государства предоставляет для этого организационную основу, предусматривая интеграцию науки, образования и производства. А также позволяет высшим образовательным учреждениям создавать собственные базы практики, включая объекты туроператорских, турагентских, гостиничных, гид-переводческих и туристических транспортных услуг. Но нормативная конструкция задает возможность, а не гарантирует результат. Качество будет зависеть от того, насколько содержательно университеты и предприятия наполнят эту модель. Следующим этапом должна стать не гонка за количеством соглашений, а формирование устойчивой сети профессиональных партнеров. 

Здесь находится и ответ на вопрос о роли государства, университета и бизнеса. Государство создает нормативные условия и задает направление. Университет отвечает за качество высшего образования. Предприятия дают доступ к профессиональной среде и отраслевой экспертизе. Ни одна из сторон не может полностью выполнить функцию другой. Но кадровый результат возникает только там, где их действия со­­единены вокруг одной цели: подготовить специалиста, который способен войти в отрасль сегодня и профессионально развиваться вместе с ней завтра.

Туристическая инфраструктура Узбекистана растет. Следовательно, кадровый потенциал для нее необходимо формировать сейчас. Будущие специалисты сегодня находятся одновременно в университетских аудиториях и профессиональной среде, и от качества этой связи зависит, кто завтра будет управлять гостиницами, создавать туристические продукты и определять уровень сервиса страны.

Сайёра Сафаева.

Профессор ТГЭУ.